Любовь зла: почему женщинам нравятся «плохие парни» в литературе и кинематографе
Самыми притягательными героями русской классики женщины считают Вронского из «Анны Карениной» и бретера Долохова из «Войны и мира». Любительницы «Гарри Поттера» зачитываются фанфиками о Драко Малфое. Правда ли, что женщинам больше нравятся отрицательные мужские персонажи? Forbes Woman разбирается, что привлекает читательниц и кинозрительниц в антигероях и какую роль в этом играют культура, психология и стереотипы
Согласно исследованию, проведенному платформой «Дзен» в 2025 году, треть россиян считает любовные линии в отечественной классике токсичными и устаревшими, а романтические сюжеты почти никто не воспринимает как руководство к действию. Однако 33% читателей также отмечают, что книги формируют романтический взгляд на мир, еще четверть — что романы учат мечтать.
В ходе исследований самыми симпатичными героями классической литературы женщины называли Алексея Вронского из «Анны Карениной», Федора Долохова из «Войны и мира» и мистера Дарси из «Гордости и предубеждения» Джейн Остин. Любопытно, что Вронский и Долохов — персонажи, в которых несложно разглядеть черты нарциссизма. С XIX века литература играет с образом героя, который остается притягательным несмотря на то, что с ним тяжело строить отношения. В XX веке эстафету подхватил кинематограф. Нарциссы, манипуляторы, персонажи со стремлением к контролю подаются как обаятельные, уверенные в себе.
Литература и кинематограф вносят вклад в формирование наших представлений об отношениях, в том числе романтических. Как подчеркивают авторы статьи, опубликованной в журнале Personality and Individual Differences («Личность и индивидуальные различия») в 2023 году, устойчивое восприятие власти как желанного качества закладывается в людях (и особенно в девочках) с подросткового возраста. В этот нарратив укладывается и образ «идеального мужчины», который не демонстрирует теплых чувств, но «в нужный момент» все же спасет, накажет обидчика, «добьется». В результате близость подменяется эмоциональной зависимостью, закрепляя представление о том, что доминирование — это признак силы и любви.
Красивый, опасный, холодный
В статье «Двигатели патриархата: токсичная мужественность, желание, сексуальное насилие, противотечения» 2020 года показано, что мужское стремление к контролю настолько глубоко укоренено в культуре, что женские тело, речь и место в обществе рассматриваются как объекты, подлежащие мужскому управлению. Патриархальная культура воспринимает доминирование как норму и зачастую не рассматривает сексуальность и эмоциональность женщин вне подчинения мужчине.
На этом фоне холодное или, напротив, активно-агрессивное поведение у потенциального партнера может восприниматься как уверенность в себе. Исследование, опубликованное в 2014 году учеными из Даремского университета и Университета Тиссайда, показало, что мужские персонажи с ярко выраженными чертами «темной триады» — стремлением к контролю, низкой эмпатией — привлекают женщин даже больше, чем те, у кого эти качества выражены слабо. Это не означает, что женщины обязательно предпочитают нарциссов и манипуляторов в качестве реальных партнеров, но именно они вызывают интерес и остаются в центре внимания в книгах и фильмах. Агрессия и бунтарство часто сочетаются с харизмой и даже чувствительностью, что создает сложный образ, который для многих оказывается особенно притягательным.
К тому же если мужской персонаж соответствуют канонам красоты, то зрителю или читателю легче простить ему токсичное поведение. Так работает эффект «ореола» — феномен, когда привлекательная внешность заставляет приписывать человеку ум, благородство или глубину. Связка между красотой и «правильным» характером уходит корнями еще в античность: в Древней Греции физическое совершенство считалось признаком силы духа и благородства. Эта идея закрепилась в западной культуре и до сих пор влияет на массовую литературу. Красота героя трактуется как знак ума, добродетели и внутренней силы, тогда как любые изъяны во внешности традиционно воспринимаются как метка порока или слабости. Литературовед Катерина Дронова в разговоре с Forbes Woman замечает, что даже редкие попытки разорвать эту связь — например, в образах благородных, но лишенных внешней привлекательности Дон Кихота или Сирано де Бержерака — почти не меняют массовое восприятие. Непривлекательный герой, каким бы многогранным он ни был, не становится иконой.
При этом, как выяснили исследователи из Университета Вюрцбурга, внешней привлекательности персонажа зачастую достаточно для формирования романтических парасоциальных отношений (влюбленности читателя в героя). Как объясняет Дронова, такой герой воспринимается как потенциальный партнер, поэтому его поступки оцениваются с поправкой на приятную внешность. Чтобы убедить читателя, что он действительно «плохой», персонажу нужно нарушить гораздо больше моральных границ, чем если бы он выглядел посредственно.
Материал по теме
Читать о том, чего не хватает
То, какие истории женщины выбирают для чтения, во многом говорит о том, чего им не хватает в реальной жизни. Авторы статьи «Метод освобождения: феминизм и социальные исследования» 2006 года отмечают, что популярные любовные сюжеты помогают девушкам проживать свои внутренние конфликты и напряжение, которое они ежедневно испытывают в патриархальном обществе. «Книга — всего лишь возможность либо пережить то, что уже разворачивается у женщин в реальной жизни, либо, наоборот, — то, чего в реальной жизни не хватает», — комментирует психолог Ирина Млодик в разговоре с Forbes Woman.
Литература становится своего рода безопасной территорией, где можно позволить себе мечтать о заботе и поддержке, которых в жизни нередко ждут от самой женщины. Опрос, проведенный иранскими учеными, показал, что даже в стране с сильными патриархальными традициями девушки ценят в романах «хороших парней». Главным качеством мужского персонажа иранки чаще всего (13%) называли верность и преданность. Еще 10% отметили физическую привлекательность, столько же — силу перед лицом трудностей, 8% выбрали остроумие и юмор, а 6% — умение поддержать.
Пока одни открывают книгу, чтобы эмоционально отдохнуть, другие предпочитают напряженные сюжеты о внутренних метаниях, борьбе и личностном росте сложных, в том числе отрицательных персонажей. Ирина Млодик подчеркивает, что в таком случае женщин привлекают не жестокость и нарциссизм как таковые, а многослойные герои, которые остаются в контакте со своими чувствами. Им не обязательно быть положительными, но важно, чтобы их внутренняя динамика вызывала эмоциональный отклик. Именно это делает литературу живой — она дает возможность прожить чужой опыт, часто недоступный в реальности. А главное — позволяет примерить на себя разные состояния, не давая готовых ответов, а побуждая к самостоятельным выводам.
Катерина Дронова подчеркивает, что трансформация (арка) персонажа — то, ради чего мы читаем книгу, смотрим фильм или сериал. По-настоящему холодные и расчетливые герои редко становятся любимцами читателей и зрителей. Таков, например, Жорж Дюруа из «Милого друга» Мопассана: циничный и безнравственный карьерист, который использует женщин как ступеньки для социального роста, скорее отталкивает, чем вызывают симпатию.